ЛИБРИО    

Читать "Стриптиз в кино" - Бартоломью Нэнси - Страница 1 -

Нэнси БАРТОЛОМЬЮ

СТРИПТИЗ В КИНО

Глава 1

В ту минуту, когда бедняга Винус Лавмоушн отдавала концы, я вдруг почувствовала страшную боль, извините, в заднице. В прямом смысле этого слова. Я как раз наклонилась, чтобы открыть дверцу своей тачки, как вдруг услышала выстрел, а потом что-то царапнуло по левой ягодице, да еще как. Барри по прозвищу Змей, наш театральный агент, начал дико орать, охранник Бруно открыл стрельбу, а у меня по ноге потекло что-то мокрое, теплое и липкое.

Хотелось бы ввернуть насчет того, что, когда оседала на землю, перед моими глазами промелькнула вся прожитая жизнь, но, если по-честному, ничего такого не было. И думала я не о жизни, а о Джоне Нейлоре, детективе из отдела убийств нашего городка Панама- Сити, штат Флорида. Не о том, что он сейчас прямо-таки вылезет из кожи и моментально схватит того, кто стрелял, убийцу то есть, а о том, что я никогда еще не видела его совсем без одежды. Я говорю про Джона, не про убийцу. И быть может, уже никогда не увижу, если дам дубаря. Впрочем, тут же у меня мелькнула утешительная мысль, что от раны в задницу никто еще не умирал.

Позднее мне сказали, что пуля по пути к моей левой ягодице угодила бедной Винус прямо в сонную артерию. Однако об этом было страшно думать, и я старалась вспоминать о другом — как все было классно в этот вечер до того момента, когда раздался внезапный выстрел. Как мы качественно выступали — Винус, заезжая стриптизерша, и я, звезда местного клуба “ Тиффани” для мужчин. Как вместе раскочегаривали мы даже самых инертных мужиков, поднимая у них настроение и все остальное и освобождая их тугие кошельки. Как танцевали под песенку — ну, вы знаете ее — “ Когда вам захочется на звезде… ”.

Винус раскачивалась на одной стороне сцены, возвышаясь над полом на рогатом месяце, я появлялась с другого конца на усыпанной блестками звезде, все было так поэтично — закачаешься. Нас поддерживали разноцветные тросы — у нее золотые, у меня серебряные, и грим был такой же расцветки.

Это Барри уговорил Винсента Гамбуццо, хозяина клуба, пригласить к нам Винус. Он же заставил его застраховать все наши руки, ноги и прочие части тела на случай, если грохнемся с этих чертовых небесных светил. Ведь про Винус ходила молва, что она самое настоящее восьмое чудо света, которое не дай Бог гробануть. Но нашелся такой гад — не пожалел пули.

А еще говорили, что у нее в теле больше силикона, чем сахара в леденцах, и что раньше она была плоская, как доска, и бесформенная, как амеба, к тому же волосы жидкие и серенькие, как у мышки, а глаза — один на вас, другой на Арканзас.

Однако у Винус, которую я знала, было везде, где надо, по сорок восемь дюймов, а талия — прямо как у Барби. И глаза большие, круглые и фиалкового цвета — потому что линзы. Губы у нее всегда сложены как для поцелуя, а волосы невозможно густые, мягкие, как шелк, и золотистые, как звезды. Правда, насчет мозгов похуже. Она, видно, придерживалась правил: зачем мозги, ведь мужчинам это по барабану, их добровольные взносы и без этого не делались меньше.

В общем, когда заиграла музыка и нас начали медленно поднимать на тросах, зрители думали не о прочитанных книжках и даже не о своих детях и женах. Они глазели на, может быть, самый исключительный номер на всем северо-западном побережье Флориды. Если сечете, о чем толкую, то такая парочка, как мы с Винус, может и мертвого поднять из гроба… Ох, только ее уже никто не поднимет. А вообще мы с ней были очень разные. С Винус то есть. Она вся искусственная, я — вся какая есть: ровно пять футов десять дюймов на шпильках, натуральная блондинка, ноги дай Бог каждому и еще парочка штучек — тридцать восемь в окружности, до которых никогда не дотрагивался скальпель хирурга. Другими словами, есть с чем залезть в голову и в постель к мужчине.

Змей и Винсент не могли нарадоваться на наш прикольный номер, а швейцар Гордон говорил, что люди навалом прут в клуб, давно такого не было — ни весной, ни в дни нашествия байкеров. Надо сказать, наша лавочка из приличных, клиентура нормальная, выше среднего. А еще скажу по секрету, это я надумала пригласить к нам Винус. Но особенно не свечусь — пускай Барри и Винсент считают, что это была их гениальная идея.

Наш хозяин мужик неплохой, дело знает, раскрутить умеет. В клубный бизнес Винсент пришел с продажи подержанных автомобилей, любит поговорить о себе и вроде бы туманно намекнуть, что связан с “одной итальянской семьей”, сами понимаете, о чем речь. Я тоже в делах кое-что соображаю, он это уважает…

Но все, конечно, мура в сравнении с тем, что случилось с Винус, которую, как уже было сказано, я посоветовала пригласить к нам в клуб и, выходит, несу какую-то ответственность за ее судьбу.

Когда она приехала, я первая пошла ей навстречу, проявила какое-никакое внимание. Тем более она была гостьей, а я вроде хозяйкой. Я старалась приучить ее к нашим понятиям о том, что такое стриптиз: не только о шест тереться и скидывать с себя последние шмотки, не переставая жвачку жевать, но вкладывать в это дело душу. Да-да, а не одну анатомию. И в конце концов что-то у нас стало получаться.

Глава 2

Мы закончили представление, как всегда, под утро и, получив последнюю порцию аплодисментов, переоделись и собрались поехать в закусочную, когда случилось то, ужасное. Винус и Барри направились к его побитой, видавшей виды машине, своим существованием подтверждавшей мои подозрения, что дела у него не так уж блестящи. Охранник Бруно, весь из половых гормонов и мышц при почти полном отсутствии мозгов, торчал у входной двери. Стоянка, можно считать, опустела: последние гости разъехались около часа назад. Винсент уже стоял возле своего прикольного красного “порше”, видимо, раздумывая: снизойти ему до того, чтобы перекусить вместе с нами, или отправиться в свою одинокую шикарную квартирку в одном из элитных домов города. Остальные служащие клуба либо уже отвалили, либо остались для уборки.

Как я упоминала, я начала открывать дверцу своей “камаро”…

И в это мгновение услышала негромкий звук — как будто выстрелили из игрушечного пистолета, и потом сразу крики на стоянке и множество выстрелов, на этот раз очень громких. Скажу вам, если не знаете, что в таком бизнесе, как наш, вполне естественно, что люди имеют при себе пушки и даже пулеметы. У меня тоже кое-что имеется… Вру, ничего у меня нет.

Однако в тот момент я забыла обо всех видах оружия и грохнулась прямо на землю. Так сделали и другие, только при этом высматривали, наверное, какую-то цель и палили кто куда. Но Бруно — он стоял поодаль — мог, я думаю, знать, откуда раздался выстрел. Пожалуй, за всю свою жизнь я не видела рядом с собой одновременно столько оружия и чтобы оно так мгновенно исчезло, словно растворилось в воздухе, как только прибыла полиция, которую кто-то вызвал.

После выстрела я пыталась закатиться под машину, но мешали некоторые части тела, и больше всего левая нога. Она жутко болела и не сгибалась. Слушая грохот выстрелов, я опасалась, что меня изрешетят пули друзей, а не только того, убийцы, который стрелял первым. Я протянула руку к ноющему бедру, и ладонь вмиг стала липкой от крови. В этот момент я и подумала о Джоне Нейлоре и о том, что наша взаимная симпатия так и не превратилась в нечто более осязаемое, а теперь, возможно, не превратится никогда.

Полицейские сирены завывали уже совсем близко, когда Барри завопил, почти заглушив их.

—  О Господи! — орал он. — Она мертва! Винус, девочка моя, не оставляй меня!

Бруно в это время сделал еще пару выстрелов из своего сорок пятого калибра в сторону сосен, отгораживающих здание клуба от дороги. Потом скатился с лестницы, перепрыгивая через несколько ступенек, и короткими перебежками помчался к мусорным бакам, откуда выстрелил еще сколько-то раз, а затем понесся к машине Барри. Прямо как на настоящей войне, которую я видела в кино.

1 Перейти к описанию Следующая страница{"b":"2694","o":1}

Исследователь из Стэнфордского университета попросил группу кандидатов наук по литературе прочитать роман Джейн Остин (Jane Austin), находясь внутри аппарата магнитно-резонансной томографии (МРТ). В результате обнаружилось, что аналитическое чтение литературы и чтение просто ради удовольствия обеспечивают различные виды неврологической нагрузки, каждый из которых является своего рода полезным упражнением для человеческого мозга.

Исследование проводилось под руководством специалистов Стэнфордского университета, занимающихся изучением когнитивной и нервной деятельности мозга. Однако сама идея подобного исследования принадлежит специалисту по литературному английскому языку Натали Филипс (Natalie Phillips), которая пытается выяснить, каково истинное значение изучения литературы. Помимо получения знаний и связанных с конкретным произведением культурных аспектов, исторических фактов и гуманитарных сведений, заложена ли в чтении какая-либо ощутимая польза для человека, которая поддается оценке?

Получается, что этот процесс можно зафиксировать – по крайней мере, определить, как при чтении происходит циркуляция крови в мозге. Эксперименты были построены таким образом, чтобы люди, находящиеся в камере аппарата МРТ, смогли прочитать главу из романа Джейн Остин «Парк Мэнсфилд» (Mansfield Park), текст которой проецировался на монитор внутри камеры. Читателей попросили делать это двумя способами: как если бы они читали ради удовольствия, а также провести критический анализ текста, как это делается перед сдачей экзамена.

Аппарат МРТ позволяет ученым наблюдать циркуляцию крови в мозге, и то, что они обнаружили, показалось им особенно интересным: когда мы читаем, кровь поступает в области мозга, которые находятся за пределами участков, отвечающих за управляющие функции. Кровь поступает в участки, связанные с концентрацией мышления. Ничего удивительного в этом нет – для чтения необходимо умение сосредоточиться – однако, было обнаружено, что для аналитического, подробного чтения требуется выполнение определенной сложной когнитивной функции, которая обычно не задействована. По словам ученых, при чтении обоими способами включается когнитивная функция, которая ассоциируется не только с «работой» или «игрой».

Более того, исследование показало, что при одном только переходе от чтения «для удовольствия» к «аналитическому» чтению происходит резкая смена видов нервной деятельности мозга и характера кровообращения в головном мозге. Видимо, по результатам исследования можно будет сделать вывод о механизмах влияния чтения на наш мозг и активизации таких его функций, как способность к концентрации и познанию. А пока исследование подтверждает то, что вы и так уже знаете еще с тех времен, когда учительница в начальных классах твердила вам, что читать полезно для мозга.