ЛИБРИО    

Читать "Щит Компорена" - Томас Росс - Страница 1 -

Оливер Блик ( Росс Томас)

Щит Компорена

Глава 1

Выбор у меня был небогатый. То ли открывать дверь, в которую только что постучали, то ли продолжать набирать карты червовой масти, занятие неблагоприятное, присущее тем, кто верит в эльфов, политические платформы и гарантии уплаты по долговым обязательствам. Стук в дверь сулил хоть надежду сюрприза, поэтому я бросил карты на стол и пошел открывать. Визитер, правда, разочаровал меня. На пороге возник Майрон Грин, адвокат, объявивший во всеуслышание, что ему необходимо поговорить со мной, причем наедине.

В ту субботу мы играли в покер впятером. Сели в половине одиннадцатого утра с намерением не расходиться до позднего вечера. К моменту прихода Грина, во второй половине дня, я выигрывал около шестисот долларов. Жил я на девятом этаже отеля « Аделфи», что в восточной части 46-й улицы. Наедине мы могли поговорить только в ванной, куда незамедлительно и направились. Я закрыл дверь, уселся на краешек ванны, предоставив Грину унитаз. Он закрыл крышку, опустился на нее толстым задом, положил ногу на ногу, снял очки, протер их шелковым галстуком и вновь водрузил на нос.

—  Ты не отвечаешь на письма.

—  Я их даже не читаю.

—  Ты не берешь телефонную трубку.

—  На коммутаторе все записывают. Раз в день я справляюсь у них, кто мне звонил.

—  Вчера я звонил четырежды. С просьбой срочно связаться со мной.

—  Вчера я забыл справиться, звонили ли мне.

—  Мне пришлось приехать из Дариэна, — в голосе слышался упрек.

—  Неужели ты не мог подождать до понедельника? — удивился я. — С понедельника я намеревался отвечать на телефонные звонки.

—  Нет, — покачал головой Грин. — Дело не терпит отлагательств. В понедельник ты должен быть в другом месте.

* * *

Я никак не могу заставить себя считать Майрона Грина моим адвокатом, и совсем не потому, что мне он не нравится или выставляемые им счета чрезмерно велики. Просто Майрон Грин вовсе не такой, каким видится мне мой адвокат. Его я представляю себе говорливым старичком с покрасневшими от непрерывного чтения бумаг глазами, в поношенном пиджаке на плечах, с вязаным галстуком на шее и вороватыми повадками, с полуподвальным кабинетом неподалеку от суда, который он делит с поручителем, готовым внести залог за любого бандита. А из ушей непременно должны торчать жесткие седые волосы.

Майрон же Грин — пышущий здоровьем тридцатипятилетний мужчина, набравший, правда, избыточный вес. Одевается он в лучших магазинах Нью- Йорка, контора его — на Мэдисон-авеню, дом — в Дариэне, а у клиентов (я не в счет) состояния, оцениваемые шести— и семизначными цифрами. После разговоров с Майроном Грином я всегда испытываю легкое разочарование. Каждый раз надеюсь найти пятнышко от подливы на лацкане пиджака или от майонеза — на галстуке, но безрезультатно, и Майрон Грин остается для меня просто адвокатом.

* * *

—  И где же я должен быть в понедельник? — поинтересовался я.

—  В Вашингтоне.

—  С какой стати?

—  Щит, — объяснил Майрон Грин. — Он пропал.

—  Откуда?

—  Из музея. Музея Култера.

—  Почему я?

—  Они предложили тебя.

—  Музей Култера?

—  Нет, — покачал головой Грин. — Другая сторона. Воры.

—  Сколько?

—  Четверть миллиона долларов.

—  Он что, из золота?

—  Нет. Щит бронзовый.

—  Обычные условия?

Грин кивнул.

—  Десять процентов.

—  Мне это нужно?

Майрон Грин поменял ноги: та, что была внизу, оказалась наверху, разгладил лацканы восьмипуговичного двубортного пиджака и улыбнулся, обнажив белоснежные зубы. Чувствовалось, что последние тридцать два года их показывали дантисту каждые три месяца.

—  Твоя жена.

—  Моя бывшая жена, — поправил я Грина. — И что?

—  Твой сын через месяц идет в школу. Мне позвонили с тем, чтобы напомнить, что теперь ежемесячно придется платить на двести долларов больше.

—  Двести долларов за стакан молока и пару пирожков в одиннадцать часов дня! — возмутился я.

—  Это особая школа, — попытался успокоить меня Грин.

—  Должно быть, частная, о которой она вечно ныла.

—  Совершенно верно.

—  Что плохого в обычной школе?

Вновь Майрон Грин улыбнулся.

—  У твоего сына Ай- Кью[1] 164, и твоей бывшей жене не нравятся обычные школы.

—  Вторая причина куда важнее первой.

—  Наверное, ты прав.

—  Я слышал, она собирается замуж.

—  Сейчас нет. Не раньше мая. Когда закончится учебный год.

—  Если я должен платить на две сотни больше, получается тысяча в месяц, так?

—  Так.

—  Тогда мне нужны деньги.

Майрон Грин кивнул и провел рукой по каштановым волосам, чуть более длинным, чем должно иметь преуспевающему адвокату.

—  Расскажи мне о щите.

Майрон Грин сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил конверт.

—  Я продиктовал это вчера, после того, как не смог дозвониться до тебя. — Он положил конверт на раковину. — Я не знал, дома ли ты. Если бы я тебя не застал, то подсунул бы конверт под дверь.

—  Так почему бы тебе не рассказать о щите, раз уж я здесь?

Он взглянул на часы — золотой хронометр, показывающий не только нью-йоркское время, но, должно быть, и шанхайское.

—  Я вообще-то тороплюсь.

—  Я тоже.

Майрон Грин пренебрежительно дернул щекой. Куда, по его мнению, мог торопиться человек, играющий в карты посредине дня?

—  Коротко, — попросил я.

—  Хорошо, — смирился он. — Коротко. Но тут все написано. — Он взял конверт с раковины и протянул его мне.

—  Я прочту, когда закончится игра, — пообещал я.

—  Если сможешь выкроить несколько свободных минут, — саркастические реплики Грину не удавались.

—  Коротко, — повторил я.

—  Ладно. Два дня назад, то есть в четверг, так?

—  В четверг, — подтвердил я.

—  В четверг в музее Култера в Вашингтоне открылась двухмесячная выставка произведений африканского искусства. Она чуть ли не год путешествовала по свету — Рим, Франкфурт, Париж, Лондон, Москва и наконец Вашингтон. В день открытия, точнее, ночью с четверга на пятницу, из музея украли самый ценный экспонат. Один-единственный. Бронзовый щит диаметром в ярд, сработанный семьсот или восемьсот лет назад. А может, еще более древний. Во всяком случае, щит этот бесценный, но воры готовы возвратить его за двести пятьдесят тысяч долларов при условии, что переговоры будешь вести ты. Руководство музея вышло на меня, поэтому, собственно, я и пытался найти тебя. С ценой музей согласен. — Майрон Грин встал и еще раз посмотрел на часы. — Я действительно опаздываю. — Он указал на конверт, который я держал в руках. — Там все написано.

—  Ладно. Я прочту после игры.

—  Ты в выигрыше? — спросил он, и я знал, что он надеется услышать отрицательный ответ.

—  Да.

—  Много? — Как и все адвокаты, Майрон Грин отличался дотошностью.

—  Не знаю. Что-то около шести сотен.

—  Так много?

—  Да. Не хочешь ли составить нам компанию?

Майрон Грин двинулся к двери, к детям, жене, дому в Дариэне, дачному коттеджу в Кеннебанкпорте, конторе на Мэдисон-авеню.

—  Пожалуй, что нет. Во всяком случае, не сегодня. Мне давно пора уходить. Вы играете постоянно?

—  Более-менее. Нас человек пятнадцать, но одновременно могут собраться лишь пять-шесть. Так что состав постоянно меняется. Пойдем, я представлю тебя.

—  Мне кажется...

—  Пойдем, пойдем.

Ранее он встречался со всеми. С Генри Найтом, исполняющим главную роль в пьесе, которая шла уже четырнадцать недель, несмотря на безразличие, если не сказать враждебность критики. Сорокадвухлетний Найт, занятый еще и в дневном спектакле, соглашался с критиками и рассматривал каждый еженедельный чек как подарок судьбы. Деньги он тратил так же быстро, как и получал. Покер был одним из способов расходования наличных, причем не сопровождался неприятными последствиями вроде похмелья. Найт проигрывал примерно две сотни долларов, когда Майрон Грин похвалил пьесу, в которой он играл главную роль.

вернуться

1

Интеллектуальный уровень.

1 Перейти к описанию Следующая страница{"b":"27716","o":1}

Исследователь из Стэнфордского университета попросил группу кандидатов наук по литературе прочитать роман Джейн Остин (Jane Austin), находясь внутри аппарата магнитно-резонансной томографии (МРТ). В результате обнаружилось, что аналитическое чтение литературы и чтение просто ради удовольствия обеспечивают различные виды неврологической нагрузки, каждый из которых является своего рода полезным упражнением для человеческого мозга.

Исследование проводилось под руководством специалистов Стэнфордского университета, занимающихся изучением когнитивной и нервной деятельности мозга. Однако сама идея подобного исследования принадлежит специалисту по литературному английскому языку Натали Филипс (Natalie Phillips), которая пытается выяснить, каково истинное значение изучения литературы. Помимо получения знаний и связанных с конкретным произведением культурных аспектов, исторических фактов и гуманитарных сведений, заложена ли в чтении какая-либо ощутимая польза для человека, которая поддается оценке?

Получается, что этот процесс можно зафиксировать – по крайней мере, определить, как при чтении происходит циркуляция крови в мозге. Эксперименты были построены таким образом, чтобы люди, находящиеся в камере аппарата МРТ, смогли прочитать главу из романа Джейн Остин «Парк Мэнсфилд» (Mansfield Park), текст которой проецировался на монитор внутри камеры. Читателей попросили делать это двумя способами: как если бы они читали ради удовольствия, а также провести критический анализ текста, как это делается перед сдачей экзамена.

Аппарат МРТ позволяет ученым наблюдать циркуляцию крови в мозге, и то, что они обнаружили, показалось им особенно интересным: когда мы читаем, кровь поступает в области мозга, которые находятся за пределами участков, отвечающих за управляющие функции. Кровь поступает в участки, связанные с концентрацией мышления. Ничего удивительного в этом нет – для чтения необходимо умение сосредоточиться – однако, было обнаружено, что для аналитического, подробного чтения требуется выполнение определенной сложной когнитивной функции, которая обычно не задействована. По словам ученых, при чтении обоими способами включается когнитивная функция, которая ассоциируется не только с «работой» или «игрой».

Более того, исследование показало, что при одном только переходе от чтения «для удовольствия» к «аналитическому» чтению происходит резкая смена видов нервной деятельности мозга и характера кровообращения в головном мозге. Видимо, по результатам исследования можно будет сделать вывод о механизмах влияния чтения на наш мозг и активизации таких его функций, как способность к концентрации и познанию. А пока исследование подтверждает то, что вы и так уже знаете еще с тех времен, когда учительница в начальных классах твердила вам, что читать полезно для мозга.